Психология форум: Характер - Психология форум

Перейти к содержимому

Свернуть Прикрепленные теги

Тэги не найдены
Страница 1 из 1
  • Вы не можете создать новую тему
  • Вы не можете ответить в тему

Характер Характер

#1 Пользователь офлайн   rsd 

  • Психолог
  • PipPipPipPipPipPipPip
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 1 897
  • Регистрация: 13 Август 11

  Отправлено 23 Декабрь 2011 - 20:35


Кант в своей «Антропологии» определяет характер человека следующим образом: «Характером обозначается то качество воли, по которому человек обязуется держаться определенных практических принципов (оснований), предписываемых ему ненарушимо его собственным разумом». Будут ли эти основания справедливы, истинны или ложны, это в общем смысле не имеет отношения к определению характера. Кант говорит, что люди, действующие по твердо установленным основаниям, настолько редко встречаются, что составляют всегда нечто ценное и достойное удивления. Характером проявляется не то, что дано человеку природой, а то, что он сам из себя сделал, так как влияние его природы выражается пассивно его темпераментом. Все хорошие и полезные качества человека имеют, как полагает Кант, свою внешнюю цену, характер же составляет внутреннее достоинство человека, стоящее выше всякой цены.

Всякое повторение, или имитация, даже нравственных качеств исключает характер, ибо последний состоит, как полагает Кант, в оригинальности мышления и зависит от внутренних качеств человека. Мягкость, или так называемая доброта (природная слабость) темперамента без характера, хуже расположения к резкости (быстрое и сильное проявление темперамента) и даже злости, так как при развитии характера последнее предрасположение темперамента может быть сглажено. Косность и неподвижность в предпринятом решении составляют очень выгодное предрасположение к развитию характера со стороны темперамента, но не будут еще проявлениями характера лица, потому что для последнего необходимы принципы, выработанные разумом и имеющие нравственно-практические основания. Поэтому Кант не допускает, чтобы злобность была проявлением характера, так как человек никогда не одобряет в себе злое, и поэтому, говорит он, не может быть злобы по принципу, но только вследствие отступления от последнего, как бессознательное проявление темперамента. Здесь Кант смешивает явление темперамента с типом; первому может принадлежать только резкость (быстрота и сила) действия, а проявление злобы или злостности будет уже явление типичное, которое, без сомнения, может только задерживаться характером. Действительно, нельзя допустить злостности по принципу, выработанному разумом. При злобе всегда будут участвовать чувствования, которые возбуждаются известными условиями и степень быстроты и силы проявления которых будет зависев только от темперамента.

Основания, которыми обусловливается характер, Кант определяет только отрицательным путем; он приводит следующие положения:

1. Не говорить умышленно неправду; вообще выражаться осторожно, чтобы не приходилось потом со срамом сознаваться в своих несообразных действиях.

2. Не лицемерить: казаться наружно в хороших отношениях и действовать враждебно за спиной.

3. Не изменять данному обещанию, а также уважать бывшую дружбу и не злоупотреблять впоследствии бывшей доверенностью и искренностью другого лица.

4. Избегать близкого обхождения с лицами злонамеренными и ограничиваться разве только одним деловым к ним отношением.

5. Не стесняться поверхностными и злостными суждениями других людей, ибо противоположное действие указывало бы на слабость; точно так же следует умерять свой страх погрешности против моды, отличающейся большой легкостью и изменчивостью, и ни в каком случае не распространять ее влияния на нравственность.

Единственным доказательством сознания человеком своего характера, говорит Кант, может служить правдивость в своем самосознании и в своих отношениях к другим, принятая им в основание всех его размышлений и действий.

Гербарт в своих педагогических сочинениях говорит, что характером называется способ решимости человека, т. е. то, что человек хочет, в сравнении с тем, чего он не хочет. Гербарт обращает уже внимание и на то, что от волевых отправлений, связанных с характером, необходимо отличать желания и хотения, не имеющие ничего общего с характером. Чтобы узнать человека, говорит Гербарт, за ним наблюдают и стараются остановиться на нем как на объекте. То же самое замечается и у отдельного человека: чтобы он понимал других, он должен быть в состоянии понимать себя, т. е. должен быть в состоянии следить за собой как за объектом. Поэтому Гербарт различает объективную и субъективную части характера .человека. Человек наблюдает за .собой, направляет свои действия, выясняет их себе, удовлетворяется ими или нет, относится, следовательно, объективно к различным- проявлениям сознательной своей деятельности. При воспитании, полагает Гербарт, возможно влиять только на объективную часть характера, потому что человек с большим трудом вырабатывает свои основания после того, как у него уже установились известные наклонности и стремления.

Бенеке говорит, что в строгом смысле никакое ощущение и душевное волнение ребенка не остается без влияния на развитие его характера и что этот последний слагается из всех тех временных впечатлений, которым не привыкли придавать какое-либо значение. Педагогика, по его мнению, подвергается таким же переворотам, как химия, в которой в свое время оставляли без внимания все летучее и газообразное. Точно так же впоследствии научатся признавать и при воспитании незначительные, по-видимому, преходящие, а потому малозначащие влияния за истинный зачаток и основание (субстрат) для развития характера.

В древности уже хорошо подметили условия, имеющие влияние на развитие характера человека. Тогда уже было хорошо известно, какое значение имеет на развитие характера умение воздерживаться от удовлетворения различных своих потребностей, связанных с ощущениями и чувствованиями. При воспитании требовалось стойко переносить голод, жажду, жар, холод и различные лишения. В древней Персии признавали обильные выделения тела за признак праздной и бездеятельной жизни. Там считалось в высшей степени неприличным . не только сморкаться или плевать в обществе, но также иметь большой живот или удаляться из общества для удовлетворения какой-либо растительной потребности. Известно суровое воспитание спартанцев, направленное главным образом на развитие характера молодого человека. Так называемый спартанский суп должен был содержать возможно больше питательных веществ, чтобы небольшим количеством его только восстановить трату организма, но не содействовать развитию в нем чувственных проявлений, в особенности чувства насыщения. Во всех мерах, принимаемых для содействия развитию характера, руководствовались всегда отношением волевых отправлений к ощущениям и чувствованиям; эти отношения признавались всегда за самые существенные моменты для развития характера лица.

Характером можно назвать проявление воли человека, основанное на истинах, выясненных и твердо установленных разумом. С точки зрения нормальных проявлений человека другого определения нормального характера дать нельзя. Во всех враждебных, злостных или внешне- эстетических проявлениях всегда можно заметить влияние чувствований, препятствующее чистому проявлению волевых отправлений под влиянием разума. Точно так же действия с честолюбивой или вообще личной, эгоистической целью или даже для соблюдения материальных выгод известной среды или общества связаны с чувствованиями — все это не допускает проявления того, что у нормального человека можно назвать характером. Это будет стремление, желание или хотение, но не волевое проявление, как это выяснится на основании следующих научных данных.

Изучая организм человека, обыкновенно разделяют его на отдельные системы, состоящие из однородных органов; эти последние состоят из известных тканей, которые в свою очередь составляются из определенных частиц, или элементов. Каждая частица, отдельно взятая, в состоянии при известных условиях продолжать свою жизнедеятельность. Жизнедеятельность в каждом элементе выражается основными качествами, а именно явлениями питания, движения и чувствительности; только при сосуществовании этих явлений проявляется жизнь, ни одно из этих явлений не может обнаружиться без остальных; они все связаны между собой по силе и быстроте своего проявления. Процесс питания состоит главным образом в усвоении (ассимиляции) вводимого питательного вещества, причем освобождаются живые силы, которые содействуют поддержанию элемента в известном напряжении и делают его способным как воспринимать внешние раздражения, т. е. содействуют проявлению чувствительности4, так и обнаруживать движением происходящую в нем деятельность. Всякое возбуждение, или раздражение, ткани усиливает и ускоряет ее деятельность, которая, суммируясь из отдельных моментов, передается по нервным проводникам и вызывает таким образом рефлекторную деятельность (мышечную или железистую) либо доходит до сознательных центров и здесь проявляется в виде ощущения. Возбуждения, передаваемые центрам, имеющим отношение к сердцу и сосудистой системе, передаются сознательным центрам в виде чувствований и душевных волнений. Во всех этих случаях главным возбудителем являются тепловые силы, связанные с усилением деятельности тех органов, где раздражение действовало. Сила и быстрота деятельности в отдельных элементах, отдельных частях всего организма совместно с индивидуальными особенностями в строении сосудистой системы обусловливают, как сказано выше, темперамент. Всякие проявления, зависящие исключительно от темперамента, будут выражаться в виде растительных или животных проявлений; они обнаруживаются в виде глухих, или так называемых инстинктивных, стремлений. Несколько задержанные или направленные опытом или рассудком, они проявляются в виде хотений или желаний, но это все же исключительно животные отправления. При нормальных условиях они не должны господствовать над человеком, а должны служить возбудителями деятельности разума и вызывать на основании этой деятельности волевые отправления; эти последние будут уже явления, не наблюдаемые у животных, а потому собственно принадлежащие к чисто человеческим отправлениям. Волевые проявления человека, направляемые истиной при всех его действиях и отношениях, всегда высоко ценились людьми. Кант говорит: «Воспитание, пример и поучение не могут постепенно возбудить стойкость и постоянство оснований, необходимых для проявления характера; эти последние вырабатываются редко раньше тридцатилетнего возраста и обыкновенно являются вследствие какого-то вдруг прорывающегося взрыва, когда человек, так сказать, пресытился постоянно изменчивым состоянием своего инстинкта». Утверждается же характер, по его мнению, редко раньше сорокалетнего возраста. С этим нельзя вполне согласиться. У ребенка, конечно, не может быть проявления характера; для этого необходимо развитие его самосознания, без чего и характер немыслим. Ребенок еще не отделяет себя от своего тела, по его понятию: «Я семь тело». Необходимо, чтобы человек привык к отвлеченному мышлению, чтобы он понял изречение Сократа: «Мое тело — только мое, но не я сам», чтобы это «я» приучилось управлять своим телом. Можно, понятно, и весь свой век прожить без того, чтобы дойти до такого отвлеченного мышления и самосознания; но чем раньше человек приучается к рассуждению, к выяснению себе правды и к соответственным действиям, тем скорее он может и без резких взрывов научиться направлять свои волевые отправления соответственно установленным им основаниям или принципам.

Все сказанное относится к проявлению характера в истинном, идеальном его виде в нормальном организме. На практике же встречаются люди, которым приписывают обладание характером, но которые его развивали только под влиянием одних внешних условий. Собственно говоря, волевым проявлением может быть только действие по внутреннему, собственному начинанию человека, т. е. действие не по знаниям, удержанным памятью, а на основании усвоенных понятий и идей. Нельзя говорить о проявлении воли, если стойко и последовательно исполняется внешним способом привитое действие; это будет уже исполнение чужой воли или действие для удовлетворения своих чувствований, стало быть, с эгоистической целью, а такие действия могут быть проявлением разве только внешнего, или физического, характера. Условием для развития такого явления будет какой-либо извне действующий угнетающий момент и физический труд, производимый не по слову, а по показанным приемам, а также какое-либо сильно развитое чувствование. Так называемое спартанское воспитание, военная дисциплина, физические меры и, наконец, даже психические или нравственные меры могут являться тормозом инстинктивных стремлений темперамента и приучить человека строго и даже последовательно исполнять известные действия. Во всех этих случаях не только нет личной (самостоятельной) инициативы, т. е. воли лица, а напротив того, она подавлена, и есть только исполнительность чужой воли. Воля есть активное субъективное проявление, или проявление данного лица; будет логической ошибкой, если допустить пассивную волю. В последнем случае можно говорить только о «хотении» и «желании» как о выражении потребностей, связанных с удовлетворением чувственных отправлений лица, быстрота и сила проявления которых будет зависеть от его темперамента.

Различие между истинным характером, обусловленным волей, и физическим, или внешним, характером огромное: в первом главным моментом проявления будут выработанные самим человеком условия, а именно его нравственные качества, во втором же — внешние условия,: или сильно развитые чувствования, при устранении или неудовлетворении которых уже нельзя ожидать дальнейшего совершенствования человека, а напротив того, наступает даже ослабление той деятельности, которую он был вынужден проявлять или которую он вообще проявлял. Какие, спрашивается, существуют научные данные для выяснения проявления характера лица? Известны следующие5:

1. Всякое возбуждение, идущее извне или от какой-либо части человеческого тела, будет передаваться по существующим проводникам (нервам) только к мозговым центрам. Элементы, которым оно здесь может передаваться, называются чувствительными (сензитивными) элементами. В центрах это возбуждение может по промежуточным (центральным) проводникам передаваться соседним чувствительным элементам и доходить до элементов, находящихся на поверхности полушарий большого мозга, где сосредоточены центры, с которыми связана сознательная деятельность. От элементов этих центров возбуждение может передаваться как другим подобным центрам, так и элементам, от которых идут проводники к двигательным аппаратам тела. Последние элементы называются двигательными (моторными) элементами.

2. Два единовременно действующих возбуждения могут оказать двоякий эффект: либо возбуждения встречаются в чувствительных элементах и здесь понижают друг друга, или взаимно ослабляются, т. е. производят задерживающее влияние, или задерживающий эффект; либо они встречаются в двигательных элементах н тогда могут слагаться, или суммироваться, т. е. произвести эффект усиленного движения или действия.

Первая часть второго положения согласна с наблюдениями, что два болевых ощущения) вызванные единовременно, ослабляют друг друга или даже совершенно уничтожаются. То же самое замечается и в отношении волевых отправлений: возбудитель, действующий извне или исходящий из самого тела, может быть понижен, или заторможен, единовременно q ним возбужденными волевыми отправлениями, и этим понизится, или затормозится, могущий быть эффект возбуждения. Такой же может быть результат, если возбудителем пробуждаются следы (память) различных мер, которые применялись, или проявлений известных ощущений или чувствований или следы различных вынужденных хотений и желаний. В первом случае, следовательно, необходимо, чтобы были следы волевых отправлений и чтобы они всегда пробуждались с возбуждением каких-либо ощущений и чувствований. Эти же последние поэтому не должны вызывать отраженных, или рефлекторных, движений, а, напротив, возбуждать деятельность разума, и соответственно этой деятельности волевые проявления, и, как результат— действия, строго распределенные по времени.

Такие следы воли, или, по Гербарту, память волн, оставляются только упражнением, т. е. работой, постепенно и последовательно приучающей человека владеть своими ощущениями и чувствованиями, а также направлять свою деятельность к известной, определенной цели. Поэтому целесообразная, разумная деятельность, не дающая развиваться чувственным проявлениям, труд и работа составляют, по-видимому, главные моменты для развития характера человека, т. е. для развития привычки самостоятельно и с энергией проявлять свою деятельность, как умственную, так и физическую, видоизменяя свои действия на основании усвоенных истин и сознательного знакомства с элементами физического труда. Главной целью работы человека над самим собой должно быть возможно большее проявление индивидуальных творческих сил и нравственное самосовершенствование.

Выше уже было сказано, что воля может быть выработана только деятельностью разума и не может состоять в повторении (имитации) знаний, собранных памятью, воспроизводимых по их ассоциации, не усвоенных анализом и не проверенных опытом. Ясно, что для этого необходимо развитие разума, а это возможно только при строгом разъединении получаемых впечатлений по времени и постепенном и последовательном усилении умственной деятельности, как аналитической, так и синтетической, что будет в зависимости от развития типа человека. В самом деле, невозможно допустить проявление нравственного характера у человека лицемерного типа: ложь, обнаруживаемая им во всех его действиях, не согласима с прямо противоположными истинами, необходимо.. лежащими в основании характера. Точно так же нельзя ожидать проявления характера у лиц заласканного типа: им недостает собственного опыта и инициативы, действия их мало проверены и проявляются по преимуществу под влиянием случайно действующих причин. Проявление характера может быть у лиц честолюбивого и злостно-забитого типов: один дисциплинируется своим желанием первенствовать, другой — внешними унижающими и оскорбляющими его мерами, вследствие чего у него является стремление (вернее, хотение) не отставать от других и защитить недостаточно, по его мнению, признаваемое за ним личное достоинство (самолюбие). Но это будет физический (реальный) характер: свои желания или хотения люди обоих этих типов могут высказывать в очень сильной степени, если для этого у них будут личные основания; без них же они могут проявлять лишь полную бесхарактерность и действовать только соответственно своим чувствованиям. Если, следовательно,

внешние стимулы для проявления желаний или хотений у них существуют, то они в состоянии настойчиво и энергично действовать, хотя деятельность их будет более рассудочная, чем разумная. Они более повторяют заученное и вообще все усвоенное памятью и отличаются небольшой аналитической деятельностью, соответственно своим типичным проявлениям. Лица добродушного типа с развитой деятельностью разума обыкновенно отличаются недостатком своего физического образования; они мало привыкли к настойчивому труду и так же мало привыкли владеть своими чувствованиями, а потому они не в состоянии достаточно проявить свой нравственный характер. Этот последний сильно проявляется, но имеет более личное, менее широкое (в особенности общественное) применение у лиц угнетенного типа.

Так как проявление истинного характера связано с известной степенью умственного и нравственного развития, то понятно, что тип лица составляет некоторое предрасположение к развитию характера; но так как последний складывается главным образом из отношения волевых отправлений к чувствованиям, из умения действовать на основании понятных общих положений и усвоенных элементов физического труда, чем и оттеняется преобладающий у данного лица способ его размышления и действия, то, хотя бы и существовало предрасположение, характер все же не установится, если не будет умения владеть своими чувствованиями, если действия не будут проявляться с энергией и с индивидуальной особенностью. Поэтому необходимо строго отличать тип от характера, как проявления, резко между собой отличающиеся. Понятно, что наибольшее предрасположение к развитию нормального характера должен представлять нормальный темперамент g нормальным типом. Насколько существует приближение к этому темпераменту и типу, настолько вероятно предрасположение к развитию нормального нравственного характера.

Для развития характера в Древней Греции обращали внимание главным образом на умение владеть своими ощущениями и чувствованиями. Для этого приучали стойко переносить все те чувствования, которые связаны с отправлениями органов растительной жизни, приучали переносить холод, жару и болевые ощущения. Все эти условия имеют особенное значение при воспитании в семье, и на них нельзя не обращать внимания и не выяснить себе истинного их значения.

(...) Чувствования, связанные с отправлениями органов растительной жизни, имеют несомненное отношение к развитию физического характера человека: чем менее они развиты, тем легче человек может с ними справляться и покорять их своей воле; приучившись же справляться с ними непосредственно, он вместе с тем приучается справляться со всеми являющимися у него аналогичными ощущениями и чувствованиями. Что касается полового чувствования, то можно сказать, что чем позже оно возбуждается, тем легче с ним справиться, в особенности если молодой человек уже приучился хоть не сколько проявлять свои волевые отправления. Все эти чувствования, или растительные ощущения, не должны, следовательно, появляться у ребенка в такой степени, чтобы в виде прибавочных раздражений задерживать или затруднять волевые проявления. Каким же образом следует предупреждать их развитие и появление?

Что касается пищи, то необходимо, чтобы в ней отсутствовало все, что может усиливать раздражение, всякие пряные вещества и вообще излишние вкусовые возбудители. Пища должна служить только материалом, необходимым для развития и роста ребенка и восстановления всех его трат, следовательно, должна отличаться своей питательностью и не содержать веществ, не перевариваемых организмом в известный период его развития и вызывающих своим качеством или количеством прибавочные ощущения. После, в частном отделе, будет разбираться вопрос о более выгодном способе питания ребенка, и поэтому теперь не будем входить в подробности. То же можно сказать и в отношении питья, воздуха, одежды и т. п. При выяснении значения всех этих условий необходимо, кроме того, помнить, что чем более ребенок привязан к известному лицу и чем более его ценит, тем более имитирует его действия, в особенности если он не привык еще рассуждать над получаемыми впечатлениями.

Кроме чувствований, соединенных с отправлениями органов растительной жизни, на развитие физического характера ребенка влияют еще и многие другие, условия, как, например, различные развлечения, рассчитанные на сильное впечатление для взрослого, в которых часто принимают участие и дети (балы, вечера, театры и другие публичные развлечения); они сильным своим впечатлением являются опять же прибавочными раздражителями, с которыми трудно бороться ребенку. Справиться с ними, отнестись сознательно и овладеть возбужденным ими чувствованием он может только тогда, когда уже приучился управлять собой. Точно такое же значение имеет привычка постоянно находиться в возвышенной температуре, причем последняя является также прибавочным раздражителем относительно средней температуры помещения (около 14°С). Постепенно и последовательно приучая ребенка к деятельности как при пониженной, так и при возвышенной температуре, можно приучить его справляться с температурными влияниями, что невозможно при постоянно однообразной возвышенной температуре. Все эти условия имеют, без сомнения, огромное значение при развитии характера ребенка, и ими, как уже выше было указано, пользовались в древности и достигали несомненных результатов.

Существенным условием для развития характера, кроме того, будет еще труд, последовательная серьезная работа с достижением определенной цели, несмотря ни на какие препятствия. Если школа может влиять на развитие характера ребенка, то это можно ожидать главным образом от систематически направленных занятий, приучающих простейшим путем справляться с препятствиями. Понятно, что эти занятия не могут состоять исключительно только в умственной работе, а непременно должны заключаться также в равной мере и в физическом труде. Последний должен научить молодого человека управлять своим организмом, причем он должен приучиться как к определению пространственных отношений, так и к распределению своей работы по времени и таким образом познакомиться с элементами всякой простой работы. При всякой сознательной, целесообразной работе необходимо настолько владеть собой, чтобы простейшим путем в возможно меньший промежуток времени достигнуть определенной цели. Следовательно, здесь необходимо умение сосредоточивать свое внимание, а также направлять свою деятельность к достижению намеченной цели. Здесь поэтому существуют все условия для того, чтобы научиться управлять своими ощущениями и чувствованиями, что именно и требуется для развития характера человека.

Физическое образование, обыкновенно называемое гимнастикой, оставлено педагогами совершенно без всякого внимания, что можно объяснить только их незнакомством со строением человеческого организма и тесной взаимной связью между всеми его отправлениями. Они полагают обыкновенно, что для умственного образования необходимо возможно большее накопление знаний, что нравственное воспитание можно вести наставлениями и выговорами, а физическое образование—случайными упражнениями на каких-либо гимнастических аппаратах под руководством совершенно не подготовленных к педагогической деятельности лиц. С такими мнениями ни в каком случае согласиться нельзя.

Физическое образование ребенка должно быть направлено к тому, чтобы научить его владеть и управлять проявлением своих сил и своими действиями и подготовить ко всякой элементарной работе настолько, чтобы по слову или по написанному наставлению он был в состоянии сделать все ему необходимое. Задачу физического образования так же, как и задачу умственного образования, можно еще определить следующим образом: оно непременно должно содействовать уменьшению произвола в действиях человека и развитию самостоятельности его проявлений. Ребенок должен приучиться владеть собой настолько, чтобы с наименьшей тратой сил производить наибольшую работу в возможно меньший промежуток времени. Понятно, что эта цель не может быть достигнута случайными движениями и упражнениями на имеющихся в распоряжении гимнастических аппаратах. Здесь должна быть такая же последовательность, как и при умственном образовании, и с соблюдением тех же педагогических оснований, как и в последнем случае.

При семейном воспитании, где нет той теоретической систематичности, которой отличается школа, все только подготовляют, чтобы потом уже привести в систематическую последовательность. Если при этом воспитании избегают по возможности всего, что содействует влиянию прибавочных раздражений, а затем предоставляют ребенку самому отыскивать себе занятия, то все же оказывается необходимым требовать, чтобы раз начатое дело было непременно доведено им до конца и ранее не было предпринято ничего другого. Все нужное для ребенка, что может быть исполнено им самим и исполнение чего соответствует его умению, должно быть предоставлено его самодеятельности: такая мелкая работа, по возможности точно исполненная, доставляет обыкновенно ему удовольствие, всего лучше подготовляет к более сложной деятельности и придает ему известную уверенность в своих силах. Чем более он делает себе сам все необходимое, чем раньше являются у него известные обязательства, даже ответственность в действиях, тем внимательнее он будет относиться к своим занятиям и тем точнее он будет их исполнять. При всем этом он должен действовать по возможности не по частным указаниям для каждого отдельного случая, но непременно по собственной инициативе или только по кратко и просто выясненным ему общим положениям. Никогда и ни в каком случае не следует ребенку показывать приемы какой-либо работы, все он должен делать по слову и выяснению. В последнем случае необходимо только начинать свои выяснения с приема, ему уже известного, и затем с последним логически связать неизвестное. Показанный прием перенимается ребенком и может быть повторен им совершенно механически: он мало сосредоточивает на нем внимание и поэтому недостаточно сознательно его воспринимает. Между тем как, прислушиваясь к выяснению этого приема, он должен представить себе сначала все по полученным звуковым впечатлениям, а затем уже действовать соответственно этому сознательному умственному акту, видоизменяя при этом знакомый ему прием, смотря по полученным им новым представлениям. При этом деятельность его гораздо более разъединяется по времени; на ней сосредоточивается большое внимание, и происходит более сознательное направление его действий. Все это будут самые главные условия для того, чтобы лучше управлять своими ощущениями и чувствованиями и чтобы приучиться к волевым проявлениям.

Обыкновенно слишком опасаются всяких препятствий, которые ребенок может встретить при своей деятельности, и поэтому стараются устранить их и облегчить ему работу. Этим, напротив, совершенно уничтожают то, чего желали достигнуть данной работой, а именно умение преодолевать препятствия. Если ребенку показать какой-либо .предмет, то он при этом может усвоить себе только форму этого предмета, но не может составить понятия об этой форме и понятия о самом предмете. Напротив того, если возможно просто и доступно выяснить ему предмет одними только словами, так что сначала он себе представит этот предмет из выяснения, а затем уже показать ему его для проверки составленного им представления, то тогда он может себе составить понятие о самом предмете и его форме.

В первом случае у ребенка нет акта сознательного представления по слуховым впечатлениям, который именно и является для него главным моментом, требующим всего более напряжения и всего более способствующим проявлению умственных, а также волевых его отправлений; облегчать его или избегать, следовательно, ни в каком случае не следует. Твердость, решительность и последовательность в действиях развиваются главным образом при стойком преодолевании встречающихся препятствий, которые поэтому и не следует обходить какими-либо путями. Затруднения, являющиеся при умственной работе, часто обходятся памятью, сильное развитие которой всегда связано с соответственным недостатком аналитической деятельности. Ребенок стремится всегда достигнуть определенной цели возможно легким способом; если поэтому у него какая-либо способность сильно развита, то он всегда и будет пользоваться ею. При сильно развитой памяти он скорее и легче всего может все усвоить ею и поэтому всегда будет избегать более трудного и продолжительного усвоения анализом, требующим большого распределения производимой работы по времени. Точно так же если ему прямо показать какой-либо прием, то он его механически повторит как более легкий способ производства, чем представление себе по слову и действие соответственно этому представлению. Гораздо выгоднее для ребенка, если все предметы своих занятий или развлечений он сам себе приготовит, чем если ему поднести приготовленные и различным образом украшенные игрушки с различными непонятными для него механизмами и превращениями; они только поразят его, и он их сейчас же разломает, чтобы доискаться причины замечаемых им явлений. Разломанная игрушка не выяснит ему тайны замеченных им явлений, и сам предмет потеряет для него всякое значение. Между тем как то, что он сам сделал, известно ему во всех подробностях, и созданное им целое сохраняет для него свое значение как результат собственного труда, вполне выясненного и усвоенного.

Главные препятствия, всего труднее преодолеваемые человеком, это — чувственные его стремления, зависящие, как уже выше сказано, от тепловых сил, растительных ощущений и чувствований и проявляемые смотря по его темпераменту. Умение преодолевать препятствия, порождаемые организмом, именно и состоит в сознательном направлении этих сил и возбуждаемых ими ощущений и чувствований и в дисциплинировании своих действий. Всякая работа, состоящая в преодолевании ряда препятствий, приучает поэтому ребенка всего вернее, к управлению собой; необходимо только, чтобы эти препятствия постепенно росли и осложнялись и чтобы в преодолевании их принимала участие как умственная, так и физическая его энергия. Если ребенок приучился управлять своими действиями, то необходимо еще условие, под влиянием которого эти его действия проявлялись бы в определенном направлении: это — понятие о правде, которой он должен руководствоваться во всех своих действиях. Это выработанное им понятие о правде должно у него привычно возбуждаться каждым действующим на него раздражителем и направлять каждое его действие. Все эти привычки должны быть усваиваемы при семейном воспитании ребенка и должны ложиться в основание развития нравственного характера человека (...)

Тип ребенка находится в зависимости от умственного его развития и выяснения им себе понятия о правде. Наконец, характер слагается из отношения волевых проявлений к ощущениям и чувствованиям (т. е. умения размышлять и действовать не по заученным правилам и инструкциям, а по общим положениям и истинам, а также по усвоенным общим способам деятельности) и направления действий по выработанным им нравственным основаниям. Следовательно, темперамент находится в зависимости от гигиенических условий, при которых ребенок зарождается, растет и формируется; тип—от влияния окружающей среды и разнообразия впечатлений, которые он получает и усваивает; характер — от умственной и физической самодеятельности и умения преодолевать препятствия на основании усвоенных общих положений и истин, а также общих способов действий, а нравственный характер — еще от постоянного руководства принципом правды при преодолевании этих препятствий.

Характер, говорят обыкновенно, развивается только при борьбе и затруднениях, и часто полагают, что без такой борьбы и не может быть характера. Это верно в том отношении, что первоначально приходится бороться человеку с собственными слабостями, недостатками и привычками, приходится не только не удовлетворять своим ощущениям и чувствованиям, но и превращать их в нормальных возбудителей своей деятельности, затем продолжать эту борьбу в виде умственной и физической работ, проверяющих, дополняющих и направляющих друг друга. Все, что приходится усвоить возможно более самостоятельной работой, всего сильнее влияет на развитие характера, так как при этом наиболее приходится следить за всеми своими действиями и владеть своими ощущениями и чувствованиями. Самостоятельность действий составляет при этом, понятно, очень существенное условие, ибо только в этом случае действию предшествует сознательная умственная работа, которой и направляются волевые отправления {. . .)

Всякое инстинктивное стремление, зависящее от темперамента, отличается своей шаткостью, изменчивостью и случайностью: оно находится в полной зависимости, например, от барометрического давления воздуха, от качества принятой пищи, от неудовлетворения какого-либо возбуждения. Ощущения и чувствования должны являться возбудителями сознательных и волевых отправлений, но они не могут быть непосредственными руководителями действий человека, иначе он оставался бы на уровне растения и разве возвысился бы только до уровня животного, но никогда не дошел бы до уровня человека, умеющего создавать себе идеалы и стремящегося приблизиться к ним. С первого момента внеутробной жизни необходимо избегать применения внешних прибавочных возбудителей, для чего необходимо понимание природы ребенка и терпеливое к нему отношение.

При первоначальном воспитании всего нагляднее можно видеть все значение серьезно образованной матери. В самом деле, что может быть выше и ценнее умной матери; можно сказать, что уровень развития общества находится всегда в прямой связи и прямой пропорциональности с уровнем развития женщины. Чем выше образование женщины, тем серьезнее может быть направлено семейное воспитание ребенка, имеющее, без сомнения, самое серьезное значение для всей жизни человека. Естественной руководительницей ребенка является прежде всего мать. Разумность и высокое образование женщины всего сильнее будут влиять на развитие и образование нравственного характера ребенка. Только такая женщина, никогда не допуская произвола, лжи или оскорбления ребенка, будет в состоянии содействовать умственному его развитию и установлению его нравственного характера. Она не будет ограничиваться внешностью, а вовремя сказанным словом и разъяснением сумеет поддержать активную деятельность ребенка, а также будет содействовать усвоению им понятия о правде. Она не будет поддерживать его чувственных проявлений, а будет непременно содействовать развитию сознательной его деятельности.

При выяснении условий развития типа было сказано, что необходимо предоставить ребенку самому наталкиваться на окружающие его явления и выяснять себе их значение. Относительно развития характера теперь следует прибавить, что для этого необходимо: поддерживать постоянную активную деятельность ребенка, также с его собственной инициативой, но только чтобы все делаемое было им исполнено по возможности полнее и окончено, т. е. чтобы производимое действие непременно было доведено до конца. Все это должно быть исполнено по усвоенной привычке, без нарушения доброго отношения к ребенку со стороны матери или воспитателя. В сказанном необходимо придерживаться строгой последовательности и не допускать ни малейшего произвола. Необходимо помнить, что содействовать развитию характера ребенка возможно только при умении владеть собой и при вполне сознательном отношении к своим действиям.

Из всего сказанного об условиях развития характера оказывается, что самым существенным моментом будет привычка справляться с встречаемыми препятствиями на основании усвоенных общих истин и положений, а также покорять свои чувствования, которые должны являться нормальным возбудителем сознательной деятельности. Всего более эти условия выполняются при настойчивых упражнениях в самостоятельной деятельности, как умственной, так и физической. Необходимо, чтобы действия были целесообразны, сознательны и составляли результат волевых проявлений. Особенное значение при этом имеет, без сомнения, всякая последовательная физическая работа, и это тем более, чем более она является результатом умственной работы или служит для проверки последней. Всякая подобная физическая работа требует последовательности действия, настойчивости, умения владеть своими силами и проявлять их соответственно силе препятствия, которое приходится преодолевать. Систематическая подготовка к такой работе принадлежит школе, где физическое образование наряду с умственным должно подготовить занимающегося ко всякой элементарной работе, к умению по слову или написанному правилу приступить ко всякому делу и к исполнению всего необходимого в жизни. В семейной жизни ребенок должен быть постоянно активным: сам должен отыскивать себе занятие, уметь ограничивать свои потребности и по возможности сам исполнять все нужное. Практическая школа, или жизнь, при привычке держаться правды и не опасаться труда всего более содействует развитию характера в борьбе с нуждой и лишениями. Но такие условия действуют угнетающим образом на умственную деятельность и этим нарушают гармонию, последовательность и нормальность отправлений. В ожесточенной борьбе отсутствует постепенность, поэтому развивается крутой, суровый нрав, действия недостаточно распределены по времени, нет умения тонко разъединять (дифференцировать) и эстетически проявлять свои действия; нет той чуткости, предупредительности и внимательности (деликатности), которые характеризуют идейную любовь и привязанность. Систематическая (или теоретическая) школа должна бы содействовать развитию характера полным соответствием между умственным и физическим образованием, приучая серьезно работать и не отступать от усвоенных истин, привычно связываемых со всяким размышлением и действием. Такое соединение задач образования и воспитания, однако, трудно выполнимо в школе; это возможно разве только при почти идеальном понимании и выполнении своих обязанностей со стороны преподавателя, умеющего увлечь слушателей своим предметом и приучить их к самостоятельной проверке своих знаний, при этом необходимо тесное и хорошее товарищество. Все это настолько не выполняется обыкновенной школой, что условия, возбуждающие здесь к деятельности, более влияют на развитие типа, чем характера лица. Энергия, настойчивость и самостоятельность действий, составляющие самые существенные признаки проявления характера, возможны только при вполне сохраненной впечатлительности и умении вполне владеть собой и направлять свою деятельность. Для развития же нравственного характера человека необходимо еще, чтобы всякая его деятельность соединялась (ассоциировалась) с направляющим влиянием вполне усвоенных истин и полной правдивостью как в своих размышлениях, так и в своих действиях. В том и состоит главное отличие типа от характера лица, что в типе видно, преимущественно влияние окружающей среды на умственное и нравственное развитие ребенка, а в характере — самостоятельность, видоизменение и применение к жизни всего усвоенного образованием и стойкое следование твердо установленным основаниям, или принципам, никогда не расходящимся с правдой.

До сих пор еще очень распространено мнение, что всякое следование своим чувствованиям и инстинктивным влечениям всего менее ломает натуру человека и составляет явление естественное. Затем часто приходится слышать даже от педагогов-практиков, что нравственное воспитание, т. е. воспитание нравственного характера лица, может быть проведено наставлениями, выговорами, советами. Такие мнения очень нетрудно опровергнуть. Растительные чувствования и так называемые инстинктивные влечения являются результатом раздражения, передаваемого со стороны растительных органов центрами сознательной деятельности. Здесь они возбуждают обыкновенно не мыслительную деятельность, а только хотения и желания, которые ведут к животному удовлетворению этих чувствований, т. е. только к растительным или животным проявлениям организма, выражающимся обыкновенно только отраженными (рефлекторными) действиями. Руководствоваться, следовательно, в своих действиях одними растительными чувствованиями, или так называемыми инстинктами,— значит оставаться исключительно в состоянии животного и не возвышаться до разумной жизни, характеризующей человека и действительно содействующей его совершенствованию. При нормальных условиях ощущения и чувствования должны являться возбудителями сознательных отправлений, выразителями которых явятся уже волевые действия. Только в таком случае «я» будет объективно относиться к своему телу, направлять деятельность человека и уменьшать произвол в его размышлениях и действиях; иначе нельзя себе представить человека как сознательного члена общества, нельзя допустить самосовершенствования человеческого общества. Только развитием сознательной деятельности возможно дойти до отвлеченного мышления, до создания идеалов и стремления к их достижению как существенной цели жизни. Чувственные потребности всегда отличаются тем, что при своем удовлетворении они легко доводят до насыщения и даже до пресыщения и отвращения и затем требуют более сильного возбуждения, иначе вызывают апатию, всегда связанную с понижением чувствительности, следовательно, с ослаблением жизнедеятельности человека. Все чувственные возбуждения подлежат поэтому, как уже выше сказано, психофизическому закону: для того чтобы чувствование росло в арифметической прогрессии, раздражение должно усиливаться в геометрической прогрессии. Умственная же деятельность тем и отличается, что она никогда не может дойти до полного своего удовлетворения, следовательно, не может быть ни пресыщения, ни отвращения; напротив того, с постепенным и последовательным возбуждением ее открываются все новые интересы, завлекающие своим разнообразием, логической связью и глубиной мысли. Идейная жизнь настолько богата внутренним своим содержанием и видоизменениями, что о границе ее, следовательно, о пресыщении ею не может быть и речи. Только она заставляет отыскивать основания своих действий внутри себя, знакомиться с собой, с достоинствами и качествами своего «я»; этим обращением к своим действиям человек и научается ценить идейную жизнь и ее значение выше эгоистической, реальной, животной жизни. Без идейной жизни невозможны волевые проявления, а следовательно, невозможны и проявления истинного характера лица. Направляющим моментом при проявлении такого характера будут определенные положения, или истины, настолько усвоенные человеком, что они привычно связываются (ассоциируются) с каждым ощущением и чувствованием.

Теперь относительно второго мнения. Понятно, что нравственное воспитание ребенка, при котором у него слагается понятие о правде, не может состоять из наставлений, советов, выговоров, делаемых ребенку. Всего сильнее влияют на ребенка, конечно, примеры из его семейной жизни, а затем и совершенно объективное .выяснение общих положений, логически следующих из вполне знакомых ему фактов. Наиболее выгодным оказывается, если такие общие положения выводятся при систематическом преподавании, если они не связаны с частными случаями, допускающими часто сомнения в объективности выводов. При всем этом необходимы еще доверие и уважение воспитанника к преподавателю и умение последнего выводить общие положения просто, понятно и в полной логической связи. Одни же шаблонные указания и советы воспитателей и наставников обыкновенно остаются без всякого влияния, во-первых, вследствие своей случайности и поэтому недостаточной логической связи с фактическими знаниями ребенка; во-вторых, часто от недостаточной своей объективности и убедительности для ребенка, легко поддающегося внушению; в-третьих, вследствие обыкновенно допускаемых выводов, более или менее оскорбительных для ребенка и поэтому уничтожающих всякое на него влияние, и в-четвертых, от частого повторения и однообразия, действующих утомляющим образом. Кроме того, за нравственное воспитание обыкновенно берется всякий, несмотря на собственные свои недостатки и отсутствие требуемого для этого образования и опыта, а часто даже несмотря на недостаток правдивости и искренности в своих отношениях к детям и вообще к делу. Во всех подобных случаях о нравственном влиянии не может быть и речи, а напротив того, высказанные наставления и советы имеют даже неблагоприятное значение, потому что вызывают ряд рефлекторных явлений со стороны ребенка или притупляют его впечатлительность к слову наставника и этим понижают влияние и значение последнего. Во всяком случае, нравственный характер лица складывается всего позже и только при установившемся понятии о правде, когда оно настолько уже утвердилось, что является привычным регулятором при всех размышлениях и действиях человека. Этому необходимо должна предшествовать самостоятельная психическая работа, приучающая человека относиться с полным самосознанием ко всем появляющимся у него ощущениям и чувствованиям и всегда контролирующая его действия сложившимися понятиями о правде. И это самосознание, и эти понятия не могут быть усвоены путем внешних влияний, а могут составлять только результат анализа его собственных проявлений и действий.

Нравственный характер лица может развиваться, без сомнения, и на основании наблюдений, опытности и рассуждений, т. е. практическим путем, но только за счет глубины и широты понимания истины. Такое явление нередко приходится наблюдать и у молодых людей, в особенности страстно увлеченных каким-либо учением, из которого они почерпают основания как для выяснения себе истины, так и для руководства в своей практической деятельности. Но дело в том, что когда нравственный характер лица развивался под влиянием постоянной активной самостоятельной деятельности, постепенно развивающейся привычки владеть своими ощущениями и чувствованиями и систематического развития отвлеченного мышления и понятия о правде, следовательно, при возможно более широком умственном развитии и наибольшей самостоятельности в своих проявлениях, тогда, понятно, и деятельность такого лица должна быть полнее, шире и настойчивее. Сектанты же или увлеченные каким-либо учением, развивающие свой характер только на основании наблюдения и опыта, следовательно, практическим путем, никогда не будут отличаться той широтой рассуждения и деятельности, как в первом случае; их идеалы уже, они усвоены ими по выяснению или учению других, здесь, следовательно, должно быть менее самостоятельных проявлений, деятельность должна быть уже и основы менее тверды. И в том и в другом случае главным задерживающим и направляющим, или руководящим, моментом при действии лица будут усвоенные истины и понятие о правде, причем слагается объективное отношение личного «я» к нашим ощущениям, чувствованиям и стремлениям.

Таким же задерживающим моментом могут быть личные, или эгоистические, требования лица или же внешнее влияние в виде различных мер и преследований. Честолюбивый ребенок строго следит за своими действиями и в состоянии удерживать и направлять их, смотря по своим требованиям и нуждам, но все это только до тех пор, пока его личные стремления и выгоды побуждают его к этому; как скоро у него таких побудительных причин нет, он становится апатичным и маловпечатлительным. То же самое замечается во всех случаях, где нет идейных руководящих оснований, а есть только личные мотивы, являющиеся прибавочными возбудителями активных действий, даже стойких и последовательных, продолжающихся, однако же, только до удовлетворения этих прибавочных возбудителей или мотивов. Это, следовательно, только относительное проявление характера, нестойкое, ненадежное, всегда изменяющееся вместе с изменением условий деятельности и отсутствием личных реальных выгод. Здесь нельзя говорить об отношении волевых проявлений к чувствованиям, ибо собственно воли, направленной истиной, нет, а есть односторонне развитое чувствование; вся деятельность лица обусловливается желанием поддерживать и удовлетворять это чувствование. Одностороннее сильно нарастающее чувствование является в таком случае возбудителем, направляющим деятельность человека; такой реальный, или чувственный, характер складывается, следовательно, из отношения сильно развитого желания, могущего возрасти до страсти, к остальным ощущениям и чувствованиям. Этот вид мнимого характера встречается всего чаще и может настолько походить на истинный, что всеми обыкновенно и признается за истинный характер. Узнается он только в таких случаях, когда личные, эгоистические стремления не удовлетворены, оскорблены или когда нет благоприятных условий для их возбуждения. Вместо прежней силы и энергии является апатия, погоня за переменой впечатлений, и взамен неудовлетворенного чувствования или развившихся личных потребностей замечается отыскивание различных прибавочных раздражителей, как карты, вино и тому подобные возбуждающие средства. Нет большей муки, как апатия и отсутствие руководящих моментов для деятельности; понижается вся жизнедеятельность человека, и он сам порой замечает свое разложение и распадение.

Наконец, тормозящими, или задерживающими; условиями могут еще являться и внешние меры, психические или физические. Такие внешние дисциплинирующие меры всегда сводятся к тому, чтобы более сильными ощущениями или чувствованиями затормозить действия ребенка или направить их известным образом. Меры эти могут состоять в сильных слуховых впечатлениях, в наставлениях, выговорах, в болевых ощущениях, вызываемых различными положениями тела наказываемого или телесными наказаниями, в оскорблении словом или действием, в арестах или лишениях и т. п. Во всех этих случаях полагают, что принятыми мерами направляют нравственное развитие ребенка и содействуют развитию его характера, т. е. приучают сдерживать свои рефлекторные действия и владеть своими чувствованиями. Относительно сильных раздражений, пли возбуждений, можно сказать, что они понижают или останавливают рефлекторные явления и вообще действуют задерживающим (тормозящим) образом на действия лица; этим объясняется влияние всяких физических и нравственных оскорблений и мер, так часто применяемых для дисциплинирования и даже, как говорят, для направления нравственного развития ребенка. Такими мерами и способами можно только понизить впечатлительность ребенка, а ни в каком случае не содействовать проявлению его самостоятельности и развитию у него нравственных качеств (...)

Если при умственном образовании усваивались не одни только знания, а умственная работа была настолько разъединена по времени, что развилось отвлеченное мышление, усвоились общие понятия и истины, то, несмотря на то что поняты элементы, из которых эти истины слагаются, а также способы, при посредстве которых, руководствуясь этими истинами, возможно выяснить себе частные явления, все же необходимо еще, чтобы они были проверены наблюдением и жизненным опытом, иначе эти истины не будут служить основанием самостоятельных, индивидуальных проявлений человека. Истины, усвоенные памятью и не проверенные опытом, при изучении которых, следовательно, не были проложены пути к тем сознательным центрам, деятельность которых необходима для их самостоятельной выработки и проверки, не могут еще ложиться в основание действий человека и служить основанием волевых его отправлений, так как для этого необходимо полное их усвоение, необходима подготовка, которой уясняется все их значение и применяемость.

Характер в отличие от типа должен выражаться индивидуальными, субъективными проявлениями воли, следовательно, не заученным или повторенным (имитированным) действием, а самостоятельным видоизменением понятого и вполне усвоенного. Для развития характера необходимо поэтому усвоение общих положений и истин, необходима наблюдательность и опытность, умение на основании их действовать и проявлять в своей деятельности свое личное, индивидуальное участие, умение видоизменять свои действия, смотря по волевым своим отправлениям и условиям, при которых приходится их проявлять. Ошибки, неудачи, лишения, а также всякие случайности должны только увеличивать опытность и содействовать совершенствованию человека, ни в каком случае не понижая его деятельности и не вызывая у него бездействия и апатии. Совершенствование возможно только при объективном отношении к требованиям своего организма и ко всем своим действиям. Между тем это именно условие чаще всего отсутствует. Типичные проявления и стадность обыкновенно доходят до того, что человек нуждается в готовых формах и приемах не только для одежды, молитвы, украшений и развлечений, но даже для речи, письма, для своих душевных проявлений и выражений. Мода предписывает часто невозможные и вредные уродования тела; она часто превращает человека в движущуюся вешалку, в потерявший человеческий образ манекен, и обыкновенно даже преследует людей, не следующих моде и отличающихся простотой и непосредственностью своей внешности и своего обращения. Внешность и мишурное приличие, ложь и лицемерие, поддерживаемые типичностью и стадностью, всего вернее уничтожаются развитием нравственного характера лица, индивидуальными, самостоятельными волевыми его проявлениями, руководимыми правдой и личной проверкой усвоенных истин. Образование должно развить у человека способность тонко разъединять (дифференцировать) получаемые им впечатления, выяснять истину и сознательно, просто и целесообразно действовать, чтобы индивидуальным видоизменением своих действий и даже творчеством он всегда мог самостоятельно проявлять свою деятельность, свой характер. Только в последнем случае возможны самосовершенствование и разумная жизнь, исключительно принадлежащая человеку и отличающая его от животного. Самосовершенствование это и будет проявляться в нравственном характере лица, в индивидуальных самостоятельных его действиях, направленных правдой, т. е. правдивостью в своем самосознании и в своих отношениях к другим, принятой в основание .всех его размышлений и действий.

На основании всего сказанного об основных проявлениях человека можно прийти к следующим заключениям: 1. Характер лица выражается его умением руководствоваться в своих размышлениях и действиях общими положениями, или истинами, и проявлять на основании. их свою индивидуальную, самостоятельную деятельность.

2. Эти общие положения, или истины, вырабатываются либо наблюдением и опытом, либо систематическим образованием, но эти истины должны быть всегда выведены из их элементов и проверены опытом и ни в каком случае не усвоены одной памятью.

3. Для проверки опытом необходимо знакомство с физическим трудом, умение владеть своими действиями и привычка к работе. Сознательно усвоенные общие приемы всякой физической работы должны быть настолько привычны, чтобы возможно было приступать к проверке известных положений со слов или по писаному наставлению.

4. Сила и быстрота чувствований и действий, проявляемых лицом, суть выражения его темперамента; это проявления бессознательные. От степени умственного и нравственного развития лица зависит его тип, проявления которого общи всем лицам, принадлежащим данному типу, и поэтому отличаются стадностью. Стадность эта тем сильнее будет проявляться, чем более знаний и приемов усвоено только памятью и чем менее они послужили основанием для выработки общих истин и идей для возбуждения отвлеченного мышления.

5. Темперамент, проявляемый бессознательно и находящийся в прямой зависимости от явлений питания и тепловых сил, выражен уже у новорожденного как явление врожденное. Он может со временем измениться от изменений в составе и строении организма, а также направляться характером лица. Тип развивается под влиянием окружающей среды, и проявляемая при этом деятельность (сила) вполне выясняется законами динамики как в умственном, нравственном, так и в физическом отношении. Проявления типа общие (стадные) и соответствуют условиям, при которых ребенок развивался; тип устанавливается во время жизни в семье.

6. Умение проявлять свою волю с личной, эгоистической целью и выгодой, не руководствуясь при этом понятием о правде, выражается физическим, или реальным, характером лица. Умение объективно относиться к своим i действиям и отправлениям не связано в данном случае с общими принципами, с отвлеченным идеалом.

7. Индивидуальные, субъективные проявления воли, направленные правдой, выражаются нравственным характером лица. Объективное отношение к действиям и отправлениям своего тела связано при проявлении нравственного характера лица с правдивостью как в самосознании, так и в отношениях к окружающим. Эти качества всегда указывают на выработанный самим лицом отвлеченный идеал и на стремление приблизиться к нему в своих размышлениях и действиях.

8. Характер лица, выражающийся в личной инициативе и самодеятельности, связан с умением объективно относиться к своим чувствованиям и ощущениям и сознательно направлять свои действия. Проявления характера индивидуальны: они могут либо быть направлены к увеличению личного, телесного своего благосостояния (физический характер), либо быть руководимы понятием о правде (нравственный характер). Характер лица развивается всего позже и, по-видимому, только в зрелом возрасте, под конец установления общего образования .

9. Самосовершенствование в строгом смысле возможно только при развитии нравственного характера, ибо только тогда индивидуальные волевые проявления направляются установившимися понятиями о правде как относительно самосознания человека в его размышлениях и действиях, так и в отношениях его к другим.

10. Чем более ребенок во время семейной своей жизни приучился к наблюдению и к самостоятельному труду, тем более он подготовлен к развитию характера, а привычка его к правде располагает к развитию у него нравственного характера.

II. Ощущения и чувствования должны при нормальных условиях являться естественными возбудителями умственных отправлений и увеличивать энергию их проявления.

12. При воспитании необходимо, чтобы ребенок находился всегда в условиях, при которых он может свободно развиваться: он должен по возможности сам преодолевать встречаемые им препятствия, приучать к постоянной, но не однообразной работе с определенной целью, понимать правду и, кроме прямо к нему обращенного слова, не подвергаться никаким поощрениям или наказаниям.

13. Усваивание и самостоятельное применение общих положений и истин возможны только при постепенном и последовательном выяснении элементов, из которых эти истины выведены, и умении проверять эти истины опытом или существующими научными методами. Истина, усвоенная памятью, никогда не может быть самостоятельно применена на деле. Труд, необходимый для выводов и проверки усвоенных истин, составляет самый главный момент для развития объективного отношения к действиям. Без серьезного труда и работы развитие характера невозможно.

14. Ответственность лица за свои действия должна увеличиваться с развитием способности объективно относиться к своим отправлениям и действиям, а в особенности с развитием нравственного характера лица.

Связь между темпераментом, типом и характером уже выясняется из всего сказанного.
0

960x640 skuka

#2 Пользователь офлайн   Petra 

  • Душа форума
  • PipPipPipPipPip
  • Перейти к блогу
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 260
  • Регистрация: 29 Июль 12

Отправлено 30 Июль 2012 - 14:09

ХАРАКТЕР – совокупность устойчивых черт, особенностей, свойств и наклонностей человека, определяющая типичные способы его мышления и поведения.

В психоанализе характер человека рассматривается чаще всего с точки зрения периодов и фаз психосексуального развития ребенка или защитного образа действия, проявляющегося в реакциях индивида на те или иные жизненные ситуации.

Понятие «характер» использовалось З. Фрейдом с момента становления психоанализа. В частности, в работе «Толкование сновидений» (1900) он апеллировал к таким понятиям, как «невротический характер» и «комплекс человеческого характера». В работе «Три очерка по теории сексуальности» (1905) он дал следующее определение характера: «То, что мы называем «характером» человека, создано в значительной степени из материала сексуальных возбуждений и составляется из фиксированных с детства влечений, из приобретенных благодаря сублимированию и из таких конструкций, которые имеют своим назначением энергичное подавление перверсных, признанных недопустимыми душевных движений».

В дальнейшем З. Фрейдом было предпринято психоаналитическое рассмотрение одного из типов характера. Так, в работе «Характер и анальная эротика» (1908) он обратил внимание на особый тип людей, у которых имеет место комбинация определенных черт характера, а также наблюдается ряд особенностей, проявлявшихся у них в детском возрасте. Эти особенности связаны с отправлениями одной из физиологических функций организма в раннем детстве и последующим формированием некоторых устойчивых черт характера взрослого человека. По мнению З. Фрейда, в характере таких людей обнаруживается, как правило, присутствие следующих трех черт: «они аккуратны, бережливы и упрямы».

Аккуратность означает не только физическую чистоплотность, но и добросовестность в исполнении различного рода мелких поручений и обязательств. Бережливость может превращаться в скупость, упрямство – в упорство, к которому легко присоединяются наклонности к гневу и мстительности. Формирование этих черт характера связано, как считал основатель психоанализа, с гиперэрогенностью задней проходной зоны, имевшей место в раннем детстве, в младенческом возрасте и проявляющейся в задержках стула, манипуляции с продуктами испражнения. Аккуратность, бережливость и упрямство представляют собой непосредственные и постоянные продукты сублимирования анальной эротики. В этом отношении можно говорить об анальном характере человека. В целом, по словам З. Фрейда, «особенности характера представляют собой или неизменно продолжающие свое существование первичные влечения, продукты их сублимирования, или же являются новообразованными, имеющими значение реакции на эти влечения».

Представления основателя психоанализа об анальном характере человека получили свое дальнейшее развитие и уточнение у ряда психоаналитиков, включая К. Абрахама, Э. Джонса, Х. Хаттинберга, Й. Сад-гера и др. По аналогии с этими представлениями и в зависимости от стадий психосексуального развития ребенка психоаналитики стали выделять оральный, анальный, фаллический, генитальный типы характеров. Однако на начальной стадии развития психоаналитической терапии внимание в основном акцентировалось не на характере пациента, а на его невротических симптомах. Для психоаналитика интерес представляли в первую очередь как симптомы пациента, так и стоящие за ними влечения, а также психические связи между бессознательными желаниями и невротическими симптомами. По этому поводу З. Фрейд замечал, что «когда врач лечит нервнобольного психоанализом, то интерес его в первую голову направлен совсем не на характер пациента».

С развитием психоаналитической теории и терапии стало все более очевидно, что характер человека существенно сказывается не только на его жизнедеятельности, но и на прохождении курса лечения. В работе «Некоторые типы характеров из психоаналитической практики» (1916) З. Фрейд подчеркнул, что изменения в аналитической технике привели к необходимости рассмотрения не только невротических симптомов, но и тех сопротивлений, которые оказывает пациент в процессе лечения. Эти сопротивления тесно связаны с характером человека, в значительной степени обусловлены им. Таким образом, «характер приобретает особые права на интерес со стороны врача». Исходя из такого понимания, З. Фрейд предпринял попытку описания некоторых черт характера, представляющихся на первый взгляд неожиданными, типа «крушения во время успеха», но вполне объяснимыми, если к ним подходить с позиций психоаналитического толкования бессознательного чувства вины.

Рассмотрение проблемы характера нашло отражение в исследованиях А. Адлера (1870–1937). В работе «О нервическом характере» (1912) он подчеркнул, что изучение невротического характера – важная часть психологии неврозов. По мнению А. Адлера, невротический характер представляет собой «продукт и средство исполненной недоверия, предусмотрительной психики, которая усиливает его ориентацию, чтобы избавиться от чувства неполноценности». Такая попытка терпит крушение вследствие внутренних противоречий, разбивается о барьеры культуры или о права других людей.

А. Адлер считал, что невротический характер вырастает не сам по себе из биологических или конституциональных, изначально заданных сил, а получает свое развитие благодаря компенсирующей настройке в психике. Он развивается под давлением неуверенности, а его склонность персонифицировать себя оказывается сомнительным успехом защитной тенденции. Словом, характер – это «готовый к применению «интеллигентный шаблон», который защитная тенденция использует так же, как готовности к аффекту и болезни». Анализируя характер, можно вскрыть предысторию пациента и понять настоящее и будущее его. При терапевтическом лечении прежде всего следует разоблачать сопротивление пациента против врача «как старый невротический шаблон» и таким образом упразднять невротическое предубеждение.

Проблематика характера занимала важное место в исследовательской и терапевтической деятельности В. Райха (1897–1957). Его представления о характере содержались в таких книгах, как «Импульсивный характер» (1924) и «Характероанализ» (1933). В первой работе подчеркивалась необходимость исследования типов характера, имеющих принципиальное значение для теории и терапии неврозов характера, вызванных сдерживанием влечений, и импульсивных неврозов. Во второй работе обосновывалась мысль, в соответствии с которой психоаналитическое исследование способно предложить новые точки зрения на учение о характерах и, исходя из этого, получить новые терапевтические результаты. Если в первых психоаналитических попытках (З. Фрейд, Э. Джонс, К. Абрахам) речь шла об объяснении инстинктивной основы отдельных типичных черт характера, то В. Райх предложил рассматривать характер как целостное образование. Именно характер пациентов служит их сопротивлению против раскрытия бессознательного (сопротивление характера), то есть можно сказать, что в процессе лечения отражается происхождение характера. Поэтому важно понимать и объяснять не отдельные невротические симптомы и черты характера, а природу и суть характера как такового.

По мнению В. Райха, характер состоит в хроническом изменении Я, которое может быть описано как укрепление. «Степень подвижности характера, способность в зависимости от ситуации раскрываться навстречу окружающему миру или замыкаться от него – в этом заключается различие между структурой характера, устойчивой по отношению к реальности, и невротической его структурой». Образование характера зависит не столько от того, что влечение и отказ сталкиваются между собой, сколько от того, каким способом это происходит, в какой момент возникают образующие характер конфликты и благодаря каким инстинктам. Как считал В. Райх, «характер в первую очередь обнаруживает себя как нарциссический механизм защиты». Исходный пункт формирования характера – защита от реальных опасностей, его конечная функция – защита от опасности влечения, от страха перед застоем и ослабление энергии влечения. Окончательное качество характера определяется двояко: качественно, той ступенью развития либидо, на которую оказал влияние процесс образования характера вследствие внутренних конфликтов, то есть специфического места фиксации либидо и, следовательно, можно различать депрессивные (оральные), связанные с неврозом навязчивых состояний (садистско-анальная фиксация), мазохистские, генитально-нарциссические (фаллические), истерические (генитально-инцестуозные) характеры; количественно, посредством экономики либидо, зависящей от качественного предназначения.

В общем плане В. Райх проводил различие между невротическим (связанным с оргастической импотенцией) и генитальным (способным к оргазмной разрядке) характером. С точки зрения качественных различий оба характера являются идеальными типами. С точки зрения количества возможного удовлетворения либидо невротический и генитальный характеры можно понимать как усредненные типы. Реальные характеры представляют собой смешанные формы обоих типов характера.

Для Э. Фромма (1900–1980) характер – это «эквивалент утраченной человеком инстинктивной детерминации животного». Характер побуждает человека думать, действовать и чувствовать определенным образом. Структура характера определяет мысли, идеи и поступки человека. С точки зрения аналитической психологии характер, в динамическом его смысле, можно определить как «одну из форм проявления человеческой энергии, возникающую в процессе адаптации потребностей человека к определенному образу жизни в конкретном обществе». По своей значимости проблема структуры характера выходит за рамки отдельного индивида, и, следовательно, можно говорить не только об индивидуальном, но и о социальном типах характера. Как считал Э. Фромм, социальный характер представляет собой «ядро структуры характера, свойственное большинству представителей данной культуры», в противовес индивидуальному характеру, благодаря которому принадлежащие к одной и той же культуре люди отличаются друг от друга. Понятие социального характера не является статическим, то есть простой суммой каких-то особых черт. Его можно понять только в связи с функциональной деятельностью людей в обществе с присущими ему социальными структурами.

С точки зрения Э. Фромма, функция социального характера состоит в оформлении энергии членов общества таким образом, чтобы они действовали в соответствии с требованиями социальной системы. Вместе с тем социальный характер – это базис, из которого определенные идеи и идеалы черпают свою силу и привлекательность. Таким образом, «социальный характер – это промежуточное звено между социально-экономической структурой и господствующими в обществе идеями и идеалами».

Представления Э. Фромма об индивидуальном и социальном типах характеров содержались во многих его работах, в частности в книгах «Бегство от свободы» (1941), «Человек для себя» (1947), «Из плена иллюзий» (1962) и др. Он исходил из того, что формирование индивидуального характера определяется совокупностью экзистенциальных и индивидуальных переживаний, а также переживаний, обусловленных культурой, темпераментом и физической конституцией человека. Существование социального характера не отменяет понятие индивидуального характера. При этом следует иметь в виду, что индивидуальные специфические отличия обусловлены особенностями личностей родителей, с одной стороны, психическими и материальными особенностями, присущими социальной среде, в которой растет ребенок, с другой стороны.

В современной психоаналитической литературе значительное внимание уделяется проблеме расстройства характера и патологическим нарушениям его. Клинические аспекты характера составляют важную часть психоаналитической теории и практики.
0

#3 Пользователь офлайн   sovetnik 

  • Новичок
  • PipPip
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 32
  • Регистрация: 17 Март 15

Отправлено 17 Апрель 2015 - 11:32

Характере человека это очень Важное составляющие человека
От характера много что зависит. каким человек бдит, и как будит к нему относиться. Из этого следует что стоит следит за своими действиями и поступками.
0

#4 Пользователь офлайн   pomk93 

  • Новичок
  • PipPip
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 12
  • Регистрация: 31 Август 15

Отправлено 31 Август 2015 - 16:11

Характер закладывается с детства!
0

#5 Пользователь офлайн   Larog 

  • Новичок
  • PipPip
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 17
  • Регистрация: 29 Март 16

Отправлено 29 Март 2016 - 22:14

Черты характера рождаются вместе с человеком, а вот основный его составляющие приобретаются, так скажем, по ходу жизни.
0

#6 Пользователь офлайн   simonova5 

  • Гость
  • Pip
  • Вставить ник
  • Цитировать
  • Группа: Пользователи
  • Сообщений: 5
  • Регистрация: 21 Август 18

Отправлено 21 Август 2018 - 22:52

Характер есть у всех и разный.
0

Поделиться темой:


Страница 1 из 1
  • Вы не можете создать новую тему
  • Вы не можете ответить в тему

1 человек читают эту тему
0 пользователей, 1 гостей, 0 скрытых пользователей



    Яндекс.Метрика